demeri (demeri) wrote,
demeri
demeri

Окно в доме напротив

 Пробило три. А тебя все еще нет. Свет не загорался. По крайней мере, за те шесть часов, что жду тебя. Чайник остыл, но в этот раз я разжилась удлинителем и теперь могу не переживать, что пропущу что-то важное для меня. Как загорается свет в твоей спальне, как ты временами куришь на балконе вишневый Capitan Black, пятничные новости из твоей форточки или просто твою тень. Я знаю, что ты всегда включаешь свет, когда возвращаешься из спортзала в восемь – семнадцать. Ровно в восемь я нажимаю на кнопку своего старенького чайника, кидаю в кружку две ложки сахара и сажусь в промятое замшевое кресло. Я даже передвинула его поближе к окну. Думаю, тебе незачем объяснять зачем.

Сегодня, видимо, задержали на очередном глупом совещании. И почему нужно устраивать эти поздние планерки с литрами кофе и сонными секретаршами. Ах да, прости, я забываю, что иначе номер не будет подписан в печать, а я утром не смогу открыть еще хрустящий еженедельник. С твоим фото на четвертой странице. Ровно под колонкой Разумовского, полстраницы твоего личного пространства. Ты опять напишешь о том, как повлияло заявление чернокожего политика на закупочные цены пшеницы. Или о падении акций Бритиш Петролиум. Я никогда не думала, что буду покупать еженедельник, чтобы узнать о лондонских торгах или предстоящем экономическом форуме в Пекине. Я никогда не интересовалась экономикой. А теперь знаю даже имя заместителя руководителя Всемирной торговой ассоциации. По пути от газетного киоска я несколько раз прочитываю твою статью. Дома беру ножницы и аккуратно вырезаю твое фото. С четвертой страницы. Ровно четыре и восемь на три и три сантиметра. У меня таких уже двадцать девять. Одно в сумочке, одно в кошельке, три на холодильнике, одно на ночном столике и еще одно на зеркале в ванной, одно в кармашке домашнего халатика … Я не сошла с ума, я просто хочу, чтобы ты всегда был со мной.

Три ноль семь. Если это совещание, то ты должен быль вернуться сорок две минуты назад.

Меня с тобой познакомил мой приятель Дэн (Денис, честно, ненавижу, когда ты постоянно просишь так себя называть), который живет на седьмом этаже. Я помню, как он с неописуемым восторгом рассказывал, что в нашем скромном спальном райончике появился кто-то радикально отличающийся от мамочек с колясками или назойливых старушек. Кто-то, кто бегает по утрам даже в дождь и носит фирменное пальто. Кто-то, кто водит одну из самых дорогих машин у нас во дворе, а так и не обзавелся гаражом или хотя бы не обсудил еще с местными мужиками, какая установлена навороченная система ABS. Дэн искренне верил, что когда-то поселится там, где его будут окружать только такие люди. Успешные, настоящие, красивые. И тогда он сам начнет бегать по утрам и купит дорогую иномарку.

Три ноль девять. Я начинаю волноваться. Почти как тогда, когда столкнулась с тобой тележкой в супермаркете. Ты покупал тогда творог и что-то еще. Я запомнила только творог и запах твоего одеколона. Позже, пробыв несколько часов в парфюмерном магазине, я выяснила, что это был Devil and Angel. Сладкий запах мандарина и резкий имбирь, немного, кажется, корицы. Но совсем чуть-чуть. Едва уловимо. Купила себе флакон. Я каждый раз беру его с полки, когда ощущаю себя особенно одиноко. Распыляю на свое тело. И тогда чувствую, как ты меня обнимаешь, проводишь ладонями по щекам, долго что-то пытаешься прочесть в моих глазах, а потом просто прижимаешь к своей груди. И вот, я уже вся твоя. Ты зарываешься носом в мои волосы, целуешь макушку, согреваешь в своих объятиях. Я вся твоя. Скоро мне нужно будет купить очередной флакон, а еще не отдала долг за прошлый. Я и сейчас так хотела бы снова вдохнуть твой аромат, но боюсь отойти от окна. Вдруг, придешь.

Три сорок две. Поглубже закопалась в свои мысли. Допила очередную кружку чая. А я ведь даже не могу сейчас услышать твой голос. В монотонном звуке телефона мне кажется, что он тоже по тебе скучает. Помню, как позвонила тебе первый раз. Даже не знаю, как удалось раздобыть твой номер, но это уже не важно. О, если бы ты знал, с какой попытки мне это удалось! Я металась перед телефоном, как женщина, у которой начались схватки, но которая в панике не знает, что с этим делать. Даже накапала в стакан пару капель валерианки. Но когда услышала твой мягкий голос, с испугу нажала на сброс. И радовалась, словно поставленному мировому рекорду. Я кружилась по квартире, прыгала по кровати, целовала каждую кнопочку моего телефонного аппарата. Эйфория длилась целых восемь минут. А потом я захотела опять услышать твой голос. Новое испытание. Я побоялась, если снова кину трубку, то ты, возможно, не захочешь поднимать ее, а, может, даже сменишь номер, чтобы не стать мишенью телефонных розыгрышей. Я сказала себе, что буду звонить ни чаще раза в две недели. Я еще ни разу не придерживалась этого правила. Самое большое, что я могла выдержать, было пять дней. Это была настоящая ломка. Я подсела на твое нежное «алло». Я била себя по рукам, когда они тянулись к телефону. Я выдергивала провода и нарочно оставляла их на работе. И вот, не удержалась. Но в трубке был не твой голос. Я набрала еще раз. И снова. День был потерян.

Четыре двадцать шесть. На улице сейчас совсем безлюдно. Ночь делает одиноких людей еще более одинокими.

Четыре двадцать семь. Слышу смех Дениса. Возвращается, наверно, из своего очередного клуба. Он всегда такой шумный. Вдвоем с ним я чаще молчу, потому, что у меня нет возможности что-то вставить кроме жалких междометий. В диалоге с ним разговаривает моя мимика, это самое большее, что удается. Дэн говорит, что я самый лучший собеседник, какого ему удавалось повстречать. Слышу, как он кого-то целует у подъезда. «До завтра, котик! Как всегда, прекрасный вечер!» - Ответное «До завтра» с треском врезается в мое сознание и разбивает его на мелкие куски. Это твой голос. Твои шаги.

Четыре тридцать две. Свет в твоем окне.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments